Читаем Лану Лёсину

• 19 октября 2026 13:06 1 407242

  Однако официального завещания от Петра так и не дождались: император попросту не успел составить документ с изъявлением последней воли, поскольку болезнь сковала тело и приковала Петра к постели.
  
  – Катя… Катенька, – в изнеможении прошептал Петр, когда боль немного отступила, – где ты? Где ты, любовь моя?
  
  Он стиснул зубы, силясь сдержать рвущийся наружу кри…

  Показать ещё

  Однако официального завещания от Петра так и не дождались: император попросту не успел составить документ с изъявлением последней воли, поскольку болезнь сковала тело и приковала Петра к постели.
  
  – Катя… Катенька, – в изнеможении прошептал Петр, когда боль немного отступила, – где ты? Где ты, любовь моя?
  
  Он стиснул зубы, силясь сдержать рвущийся наружу крик дикой боли. Но страдание было невыносимым. Словно сквозь туман он услышал ласковый голос жены:
  
  – Петрушенька, я здесь. Я с тобой.
  
  – Катя… – прохрипел он, хватая любимую за руку и глядя на нее глазами беспомощного ребенка. – не уходи, не оставляй! Помоги мне!
  
  Следующие несколько дней императрица не отходила от супруга ни на шаг, всеми силами стараясь облегчить его страдания. Глохла от его непрестанных криков, давилась слезами и, гладя слипшиеся от пота кудри, шептала, что все будет хорошо.
  
  Но, несмотря на всю заботу и опеку, 25 января 1725 года Петр Алексеевич покинул этот мир, так и не успев назначить преемника. Отсутствие завещания в дальнейшем положило начало чреде дворцовых переворотов. Однако, в тот момент при помощи верного Александра Даниловича Меншикова Екатерина Алексеевна все же взошла на Российский престол.
  
  Конец

  • 👍 225
  • ❤️ 14
  • 🔥 3
  Открыть в MAX
• 19 октября 2026 13:00 1 128170

  – Я больше жизни люблю тебя, Катеринушка, – шептал царь на ухо жене в один из вечеров, когда они готовились ко сну.
  
  – И я люблю, тебя, друг мой, – улыбнулась Екатерина, помолчала и добавила:
  
  – Жаль, что я так и не смогла подарить тебе наследника, который примет из твоих рук державу нашу великую.
  
  – Ты моя наследница, – горячий шепот опалил ухо женщины.
  
  Ек…

  Показать ещё

  – Я больше жизни люблю тебя, Катеринушка, – шептал царь на ухо жене в один из вечеров, когда они готовились ко сну.
  
  – И я люблю, тебя, друг мой, – улыбнулась Екатерина, помолчала и добавила:
  
  – Жаль, что я так и не смогла подарить тебе наследника, который примет из твоих рук державу нашу великую.
  
  – Ты моя наследница, – горячий шепот опалил ухо женщины.
  
  Екатерина удивленно округлила глаза, а Петр продолжал лихорадочно шептать:
  
  – Катенька, ты продолжишь мое дело! Ты поведешь Россию дальше! Я указ издам!
  
  – Мне это не нужно без тебя, душа моя, – промурлыкала Екатерина, прижимаясь к супругу.
  
  Но не все в семейной жизни царя было гладко и сладко. Петр, будучи натурой влюбчивой, вскоре пресытился своей любимой. Он боготворил Екатерину, но она была для него словно прочитанная вдоль и поперек книга. Постепенно царь начал заглядываться на молодых, красивых и статных девушек.
  
  Пестрая череда "любовей и влюбленностей" кружила голову царю и доводила Екатерину до истерик.
  Порой женщине казалось, что муж испытывает особое, почти садистское удовольствие, видя ревность, вспыхивающую в ее глазах.
  
  – Пусть бы череда нимфеток, это я еще могу простить, – шептала Екатерина, давясь слезами наедине с собой. – Но что он нашел в этой своей Марии Кантимир?! Уже весь дворец судачит про них – только слепой не видел, только глухой не слышал!
  Екатерина захлебнулась своей истерикой, резким движением руки вытерла слезы и подошла к зеркалу.
  
  – А ведь я-то еще ничего, – улыбнулась она, рассматривая себя со всех сторон. – вполне себе соблазнительная пышечка. Авось кто на завтрашнем балу и соблазнится.
  
  ***
  На следующий день во время бала Екатерина вовсю строила глазки молоденькому красавчику Вильяму Монс.
  
  ***
  
  "Как же ты могла, Катенька? Как ты могла?!" – думал Петр, ощущая как все внутри разрывается на мелкие кусочки.
  
  При мысли о том, что его ненаглядная Катенька спит со смазливым сопляком Вильямом Монсом, внутри разгоралось пламя лютой ненависти. К Монсу – за то, что лапал его ненаглядную Катеньку. К ней – за то, что предала, вонзив нож в спину.
  
  "Нет, я конечно и сам не святой, но я же мужчина, мне подобное простительно" – подумал царь, ощущая как к глазам подступают непрошенные слезы.
  
  «Я так люблю тебя, Катенька! Я сделаю все, чтобы исполнить свое обещание и сделать тебя императрицей. Но простить тебя я не смогу никогда, несмотря на то, что ты подарила мне многие годы счастья и восьмерых детей».
  
  ***
  
  Шел 1721 год. Россия вышла к берегам балтийского моря, и идея сделать Екатерину своей преемницей становилась у Петра все навязчивее. В 1722 российский император издал указ о Престолонаследии. Суть указа заключалась в том, что правитель сам выбирал себе преемника. Это был первый шаг к тому, чтобы передать трон Екатерине.
  
  1724 год стал переломным в судьбе Екатерины, династии и России в целом. Петр провозгласил свою ненаглядную женушку императрицей. Это означало, что Екатерина имела право на престол.
  
  – Петенька, спасибо тебе, – молвила Екатерина, когда они остались одни, и попыталась обнять супруга.
  
  – Никогда не смей меня касаться и разговаривать со мной! – рявкнул Петр, сбрасывая руки жены со своих плеч.
  
  – Петрушенька, да не было у меня ничего с тем мальчишкой Монсом! – взвилась Екатерина, едва сдерживая слезы – я тебя люблю! А ты только зря мальчонку загубил да голову его отрубленную мне в спальню поставил!
  
  – А что не так? – ехидно осведомился Петр – неужели до сих пор полюбовничек в кошмарах приходит?
  
  – Да не было у нас ничего!
  
  – Ты добилась власти, трона, душу мне наизнанку вывернула! Чего тебе еще надо?! Чего тебе еще?! – задыхаясь от накатившей душевной боли, рявкнул Петр.
  
  – Тебя. Твою нежность. Твои руки. Твои губы, – давясь рыданиями, проговорила Екатерина.
  
  – Вскоре я напишу завещание, по которому в случае моей смерти ты станешь править страной, – процедил Петр, сделав вид, что не услышал жену и, чеканя шаг, вышел из покоев.

  • 👍 154
  • ❤️ 13
  • 🔥 2
  • 😭 1
  Открыть в MAX
• 19 октября 2026 13:00 1 114151

  домой проводить его величество! А я ж предупредил Ахмедушку, чтоб не думал соваться, куда не просят. Но куда там! Не дает Русь-Матушка покоя басурманам! Все никак не смирятся други турецкие, что Азов теперь наш! Ну да ничего, коль хочет султан заморский русской силушки отведать, то почему б не уважить хотение сие?»
  
  ***
  
  В июне 1711 года русская армия, во гл…

  Показать ещё

  домой проводить его величество! А я ж предупредил Ахмедушку, чтоб не думал соваться, куда не просят. Но куда там! Не дает Русь-Матушка покоя басурманам! Все никак не смирятся други турецкие, что Азов теперь наш! Ну да ничего, коль хочет султан заморский русской силушки отведать, то почему б не уважить хотение сие?»
  
  ***
  
  В июне 1711 года русская армия, во главе которой стоял сам Петр, пересекла Днестр и двинулась вглубь Османской империи. Русские весьма споро продвигались по территории недругов.
  
  «Эх, разобьем султаново войско да домой вернемся с победою!» – мечтательно жмурился Петр.
  Но царь был самоуверен, а судьба любит самоуверенных по носу щелкнуть, чтоб задирать его неповадно было.
  
  19 июля русская армия добралась до реки Прут, где и попала в окружение: на возвышавшихся над рекой горах уже сидели турки, а кроме того часть продуктовых обозов перебили татары. В итоге русские войска были голодом в окружении неприятеля.
  Несмотря на отчаянные попытки русской армии прорвать кольцо, все было тщетно.
  
  ***
  
  – Петруша, родной, может, стоит собрать все украшения, какие есть в лагере? – спросила Екатерина. – наверняка ведь не у меня одной серьги да кольца. У жен офицерских небось тоже что-то блестючее имеется.
  
  Она не знала, как утешить любимого, но смотреть на его мучения было выше ее сил.
  
  – Баба есть баба, – гневно воскликнул царь, меряя шагами палатку – тут живыми бы выбраться, а она все про «блестючее», про цацки свои думает!
  
  – Я о том, чтобы золотом визиря турецкого подкупить, – дрожащим от слез голосом выдавила Екатерина, не привыкшая к подобному обращению от любимого. Силясь сдержать подступившие к глазам слезы, она поднялась со своего места и выглянула из палатки. Солдаты занимались своими делами. Каждый из них надеялся, что царь-батюшка найдет выход и спасет всех.
  
  Петр подошел к любимой и обнял ее за плечи, но та даже не шелохнулась.
  
  – Катенька, какое у тебя большое сердце!
  
  – Благо и то место, куда сердце вмещается и на котором ты так любишь спать – тоже немаленькое, – буркнула Екатерина.
  
  – И это еще одна причина, почему я тебя люблю, – улыбнулся Петр – но первая причина, бесспорно, светлый ум.
  
  Екатерина обмякла и позволила мужу обнять себя.
  
  – Только, боюсь, душа моя, даже если мы соберем все золото в лагере, это не поможет.
  
  – Почему?
  
  – Одной взяткой не обойтись. Земли, которые мы раньше завоевали, отдавать придется.
  
  Он вдруг тихо взвыл, обхватив руками голову.
  
  Екатерина обернулась, крепко обняв любимого и выдохнув ему в плечо:
  
  – И все-таки, Петруша, может наши подношения ускорят процесс переговоров и нашего вызволения.
  
  – Да ни одна ба... женщина со своими побрякушками в здравом уме не расстанется!
  
  – Ну, одну я точно знаю, свет мой.
  
  С этим словами Екатерина отстранилась от любимого и спешно сняла с себя три кольца, браслет и ожерелье – подарки Петра. Положив все украшения в мешочек, она вложила его в руку царя.
  
  – Жаль, что с собой у меня так мало. Только самое дорогое моей душе.
  
  – И ты готова отдать все это? – Спросил Петр, сглотнув тугой ком, подступивший к горлу.
  
  – Мне важен ты, а эти украшения –символ нашей любви – помогут нам и солдатушкам нашим выбраться из западни и домой вернуться.
  
  Петр медленно опустился на колени перед любимой, взяв ее руки в свои.
  
  – Может быть, ты самый ценный подарок судьбы. Подарок, который я не заслуживаю, – рвущимся голосом сказал он, осыпая пальцы возлюбленной градом нежных поцелуев.
  
  – Перестань. Мои «цацки» – капля в море, – грустно улыбнулась Екатерина.
  
  К счастью, ее примеру последовали и жены командиров.
  
  ***
  
  Вернувшись домой, Петр решил, сделать Екатерине особый подарок. В 1712 году царь обвенчался со своей избранницей в церкви Исакия Далматского.
  
  – Я так счастлива, – прошептала Екатерина, глядя в глаза новоиспеченному супругу.
  
  – Что стала женой царя? – ребячливо спросил Петр.
  
  – Нет, женой лучшего в мире мужчины, – хихикнула Екатерина, с восторгом глядя на праздничный салют.

  • 👍 139
  • ❤️ 10
  • 🔥 2
  Открыть в MAX
• 19 октября 2026 13:00 1 117148

  – А, ну ежели так, то идем, – усмехнулся Петр.
  
  Однако как следует побыть вдвоем у Петра и его фаворитки не получилось, потому что стоило им войти в спальню, как Петр застыл, словно громом пораженный.
  
  – Катюшенька, а что если нам теперь на султана османского войной пойти? – вдруг спросил государь.
  
  Екатерина вздохнула, посмотрела на заходящее солнце, затем …

  Показать ещё

  – А, ну ежели так, то идем, – усмехнулся Петр.
  
  Однако как следует побыть вдвоем у Петра и его фаворитки не получилось, потому что стоило им войти в спальню, как Петр застыл, словно громом пораженный.
  
  – Катюшенька, а что если нам теперь на султана османского войной пойти? – вдруг спросил государь.
  
  Екатерина вздохнула, посмотрела на заходящее солнце, затем перевела взгляд на царственного возлюбленного и нахмурилась.
  
  – Прошу Вас, мой государь, Послушайте глупую женщину, – начала она, усевшись на кровати. Петр опустился рядом и заглянул ей в глаза.
  
  – Вы только что одержали победу славную, Шведский король бежал и прячется сейчас у врагов ваших.
  Петр приосанился, горделиво выпятив грудь.
  
  – А сейчас Вам разумнее бы, мой государь, поберечь солдатушек своих, – мягко проворковала Екатерина, а секунду спустя ее руки коснулись кудрявых волос государя.
  
  Петр тут же расслабленно выдохнул, прикрыл глаза и, как ребенок, прижался к любимой. Помолчал немного, вдыхая аромат ее кожи, и с детской обидой в голосе произнес:
  
  – А чего этот султан Карла XII не отдает?
  
  Екатерина села поудобнее и, продолжая гладить волосы царя, прошептала:
  
  – Отдаст, Петрушенька, отдаст обязательно.
  
  – Я ж по-хорошему просил, а он не отдает, – пролепетал государь, засыпая.
  
  – Дался тебе этот выскочка, – от возмущения Екатерина даже перестала массировать любимому голову.
  
  С губ засыпающего царя тотчас сорвался стон то ли протеста, то ли обиды, но глаз он не открыл.
  
  – Спи, ангел мой, спи, – улыбнулась Екатерина, продолжив перебирать кудри любимого и прислушиваясь к постепенно выравнивающемуся дыханию. Несколько часов Екатерина сидела не шевелясь, боясь потревожить покой любимого.
  
  – Спи, родной, спи, а я буду стеречь твой сон, – шептала Екатерина, стараясь не обращать внимания на ноющую боль в уставшей от неподвижности спине.
  
  «Мне уже не привыкать, ведь ты часто засыпаешь на моей груди, любимый. Ты доверяешь мне. А разве боль в спине – большая плата за столь безграничное доверие?» – с нежностью подумала Екатерина, глядя на безмятежное лицо любимого.
  Внезапно дверь отворилась, и в покои заглянул Меншиков.
  
  – Мин херц! – позвал он.
  Екатерина поднесла палец к губам, взглядом указав на спящего царя.
  
  – А, ну пусть спит, – прошептал Светлейший князь. Взглянув на Екатерину, на цыпочках прокрался в покои, взял с кресла подушку и направился к выпрямившейся, как струна, Екатерине.
  
  – Сейчас полегче станет, а то ведь устала поди, – сочувственно шепнул Меншиков, подкладывая подушку под спину женщины.
  
  - Спасибо, Александр Данилович, пробормотала Екатерина, усаживаясь поудобнее и вдруг выпалила:
  
  – Петруша говорит, вы хотите в поход идти, но ведь армия турецкая, по слухам, очень сильная.
  
  –глупая ты баба, Катя! Нам ли турок бояться? – усмехнулся царский друг, – Сейчас в государстве нашем турками разве что деток пугают, а всерьез их никто не боится. Еще бы! Мы ж их так легко под Азовом сделали!
  
  – Но ведь много людей под Полтавой полегло! – Екатерина не оставляла попыток отговорить хотя бы друга царя.
  
  – Катюшенька, все равно по-нашему будет! – сонно улыбнулся проснувшийся Петр.
  
  Екатерина лишь вздохнула, понимая, что этих двоих ей не переспорить.
  Не знали да и не могли друзья знать, что простая женщина была права, говоря, что не надо затевать этот поход. Поход, в итоге обернувшийся позором.
  
  «Не могли мы иначе поступить, ведь Османский султан нарушил свое слово. Обещал мне выдать Карла, но внезапно передумал. Я долго ждал и надеялся, что этот шайтан восточный одумается и выдаст наглого короля, ведь Карлуша – та еще заноза в ж-ж-жизни нашей» – рассуждал Петр, ведя войско в роковой поход.
  
  Стоило признать, что наглость шведского короля восхищала Петра.
  «Нет, ну это ж додуматься надо! Попросить у султана Ахмеда III пятидесятитысяч ный отряд воинов да еще и под благовидным предлогом, мол, такое количество воинов необходимо его королевской персоне, чтобы безопасно добраться до дому. Но султан тоже не лыком шит! Сразу понял, зачем Карлу потребовалось так много воинов. Уж явно не

  • 👍 138
  • ❤️ 8
  • 🔥 2
  Открыть в MAX
• 19 октября 2026 13:00 1 156161

  – Креститься я хочу и веру вашу принять, – робко отозвалась та. – хочу стать частью твоего мира, Петрушенька.
  
  Петр кивнул и, ни говоря ни слова, куда-то умчался. А пару часов спустя домой к Наталье Алексеевне нагрянул любимый племянник. Царевич Алексей был взвинчен до предела и пулей промчался в покои тетушки, не забыв при этом словно невзначай пихнуть локт…

  Показать ещё

  – Креститься я хочу и веру вашу принять, – робко отозвалась та. – хочу стать частью твоего мира, Петрушенька.
  
  Петр кивнул и, ни говоря ни слова, куда-то умчался. А пару часов спустя домой к Наталье Алексеевне нагрянул любимый племянник. Царевич Алексей был взвинчен до предела и пулей промчался в покои тетушки, не забыв при этом словно невзначай пихнуть локтем Марту.
  
  – Отец хочет, чтоб я был крестным его немчуры полюбовной! – раздалось из покоев Натальи Алексеевны.
  Марта прикрыла глаза, борясь со слезами. Ответа Натальи она не слышала, зато до слуха долетело резкое юношеское:
  
  – Да мне плевать! Пусть слышит, пусть знает! Я не могу пойти против воли отца, но и вселенскую радость от столь «почетной» миссии изображать не обязан!
  
  Снова тишина, а потом новый взрыв негодования:
  
  – И снова ты на его стороне! Всегда! Во всем! Правы те, кто говорят, что ты отца науськала, чтобы он матушку мою в монастырь упек!
  
  – Побойся Бога, Алешенька! – воскликнула Наталья Алексеевна рвущимся от слез голосом – я ж тебе мать заменила!
  
  – А я не просил ее заменять! Вот где у меня твоя опека и забота! Вот! – рявкнул Алексей Петрович и пулей вылетел из покоев тетки, после чего столь же стремительно покинул жилище.
  
  Наталья Алексеевна вышла к Марте и приобняла ее за плечи.
  
  – Ты на Алешку не серчай, – словно извиняясь, сказала она – отрок, что с него взять? Кровь горячая, а разума нет еще.
  
  Вскоре Марта Скавронская приняла православие и стала зваться Екатериной Алексеевной. Имя ее теперь было русским, как и душа, но вот с русской грамматикой молодая женщина так и не смогла подружиться, несмотря на все свои усилия.
  
  Это обстоятельство не мешало Петру, будучи в военных походах, писать любимой пространные письма, полные нежности.
  
  – Как волнительно! Даже руки дрожат! – приговаривала Екатерина, садясь писать ответ. Грамматика давалась ей с трудом, но еще труднее была для женщины жизнь при дворе. Фаворитка царя часто ловила на себе презрительные взгляды.
  
  А когда Петр возвращался домой, беспомощно утыкалась носом в его камзол, прикрывая глаза.
  
  – Хочу домой, в свою простую и понятную жизнь. Туда, где нет всех этих взглядов, пересудов, интриг.
  
  – Но там нет и меня, душа моя, – грустно улыбнулся Петр, гладя любимую по плечу.
  
  – Они все смотрят на меня, будто я сор под их ногами.
  
  – Для них ты – сор, а для меня – путеводная звезда на мрачном небосклоне жизни, – сказал Петр Алексеевич, прижимая Екатерину к себе.
  
  ***
  
  В тот день Екатерина как обычно вскрыла письмо от Петра и ощутила, как сердце застучало, словно шальное, грозя пробить ребра.
  «Екатеринушка, душа моя, здесь, в военном лагере, мне все привычно и знакомо. А только сердце и душа рвутся домой, в царские палаты. Нет, не оттого, что я отчаянно праздную труса. Трусом я никогда в своей жизни не был. Но порой мне кажется, что я схожу с ума без тебя. До дрожи не хватает твоих глаз, твоих рук и весеннего запаха твоей кожи. Если сможешь и захочешь, навести меня, приедь. Я ни на что не надеюсь и ни на чем не настаиваю, просто смиренно прошу. Ниже подробно опишу наиболее безопасные маршруты на случай, если ты все же решишь осчастливить своим присутствием покорного раба души твоей».
  
  Прочитав послание, Екатерина мечтательно улыбнулась и на перекладных отправилась к своему любимому. Долгая дорога, опасности пути и бесконечная усталость – все это казалось сущей мелочью в сравнении с возможностью утонуть в любимых глазах.
  
  ***
  
  Одержав победу в Полтавской битве, Петр расцвел. Вернувшись домой, он подхватил возлюбленную на руки и закружил, приговаривая:
  
  – Катенька, солнышко мое вешнее, мы победили! Ты даже не представляешь, как я сейч ас счастлив! Я даже не знаю, есть ли на земле человек счастливее меня! – Даже самым счастливым надо отдыхать, Петруша, – ласково улыбнулась женщина – Идем в покои.
  
  – Что ты со мной как с маленьким?! – возмутился царь.
  
  – Почему? – захлопала глазками Екатерина, на миг приспустив рукав платья и сверкнув молочно-белым плечом – как с большим.

  • 👍 148
  • ❤️ 11
  • 🔥 1
  • 😍 1
  Открыть в MAX
• 19 октября 2026 13:00 1 181189

  – Разве я могу отказать самой умной девице государства? – улыбнулся Петр Алексеевич и ребячески щелкнул сестру по носу.
  
  Наталья счастливо рассмеялась, а государь невольно погрустнел.
  
  «Увянет здесь Натальюшка, зачахнет в палатах своих. Может, отпустить сестрицу от себя и дать ей жить своей жизнью, аки пташке вольной? – подумал он, но тотчас отмахнулся от эт…

  Показать ещё

  – Разве я могу отказать самой умной девице государства? – улыбнулся Петр Алексеевич и ребячески щелкнул сестру по носу.
  
  Наталья счастливо рассмеялась, а государь невольно погрустнел.
  
  «Увянет здесь Натальюшка, зачахнет в палатах своих. Может, отпустить сестрицу от себя и дать ей жить своей жизнью, аки пташке вольной? – подумал он, но тотчас отмахнулся от этой крамольной мысли. – Сестрица – один из двух людей, который поддерживает меня во всем и разделяет мои интересы».
  
  Будто прочитав мысли брата, Наталья Алексеевна рассмеялась:
  
  – Да не хочу я замуж, братец!
  Потом взглянула на Петра и грустно добавила:
  
  – Днем с огнем не найти мне такого жениха, что был бы подобен тебе.
  
  – Ну, значит, так и ответим на письмо из венского двора, – с деланным равнодушием ответил Петр, в глазах которого плясали веселые искорки.
  Наталья вопросительно вздернула бровь.
  
  – Там тобой, дорогая сестра, очень интересовались, – весело пояснил Петр, прижав сестрицу к груди.
  
  – Кстати, что там племянник мой драгоценный? – спросила Наталья, уткнувшись носом брату в грудь.
  
  – Совсем Алешка от рук отбился, – поморщился Петр. – Управы на него нет с тех пор, как Дуньку, мать его заполошную, в монастырь отправили.
  
  – Может, погорячился ты тогда с Евдокией-то, братец? Авось и было бы тебе счастье.
  
  – Счастье мое – Мартушка, – улыбнулся Петр и жестко добавил:
  
  – Жаль, что первенец мой не от любимой женщины!
  
  ***
  
  С того памятного разговора прошло около двух лет. За это время Петр так и не удосужился перевести фрау Скавронскую к своей сестре. Марта меж тем, живя у Меншикова, произвела на свет Петру двоих детей. Однако оба младенца не прожили и года. Петр при любой возможности старался быть рядом со своей фавориткой.
  
  – А если я не способна подарить тебе здоровых ребятишек? Вдруг на мне какое проклятье или черный глаз? – в сотый раз спрашивала она, шмыгая носом на плече у Петра.
  
  – Глупышка, – улыбнулся тот, бережно гладя шелковый каскад волос любимой, – у нас обязательно будут дети. Такие же красивые, как ты и умные, как я.
  
  В один из дней Петр как обычно прибыл в гости к Меншикову.
  
  – Хватит нам с Мартушкой по чужим углам встречаться, аки отрокам сопливым, – сказал он и, в ответ на удивленный взгляд друга, пояснил:
  
  – Забираю я ее у тебя, Алексашка и поселю у сестрицы своей. Она давно грезит о том, чтобы наставницей Мартушке стать.
  
  – А кто сказал, что я тебе свою дорожайшую экономку просто так отдам? – хитро улыбнулся Меншиков.
  
  – Ну, могу и заплатить, – хмыкнул царь, поднеся к носу верного друга здоровенный кулак – так заплачý, что плата моя еще долго будет тебе украшением служить да дворы в безлунные ночи освещать.
  
  – Мин херц, неужели ж ты друга на бабу променять решил? – выставив ладони вперед, хихикнул Александр Данилович и тотчас прикусил язык.
  Глаза царя налились кровью, а лицо исказилось гримасой ярости.
  
  – Не на бабу, а на любимую! – гаркнул он, схватив Меншикова за грудки. – я требую уважать мою женщину!
  
  – Охолонись, мин херц, – нервно рассмеялся Меншиков. – Женщину так женщину, я ж что? Я ж ничего!
  
  – То-то же! – буркнул Петр, выпустив друга из стальной хватки и демонстративно отряхнув руки.
  
  – Слава Богу угомонился, – чуть слышно выдохнул Александр Данилович, отерев со лба невидимый пот.
  
  Осенним днем 1705 Марта перебралась в дом к царевне Наталье Алексеевне.
  
  – Все, что между нами, кажется мне таким игрушковым, – вздохнула однажды Марта.
  
  – Почему? – удивился Петр, едва сдерживая начавший клокотать в нем гнев.
  
  «Как она смеет сомневаться во мне? ! В лучших порывах души моей?!» – билось в висках, саднящей болью отзываясь в сердце.
  
  – Я ведь католичка, а ты – православный. Разве можно православному царю с немчурой некрещеной? – всхлипнула Марта.
  
  – Тьфу! – вспылил Петр и вдруг ласково спросил:
  
  – Ты где этой нелепой гадости понабралась, ненаглядная моя девочка?
  
  Марта неопределенно повела плечами и еще ниже опустила голову.
  
  – Что могло бы поднять тебе настроение? – спросил Петр, – чего душа твоя желает, Мартушка?

  • 👍 170
  • ❤️ 15
  • 🔥 3
  • 😘 1
  Открыть в MAX
• 19 октября 2026 13:00 1 250189

  – Натальюшка, сестрица, где ты?!
  
  Женщина вздрогнула, села прямо и сонно заморгала. Прежде чем до сонного сознания дошло, что происходит, дверь в покои с грохотом отворилась, и в помещение вихрем влетел сверкающий глазами царь.
  Наталья Алексеевна успела отбросить по-прежнему зажатое в пальцах перо, прежде чем Петр подхватил ее на руки и закружил по комнате.
  …

  Показать ещё

  – Натальюшка, сестрица, где ты?!
  
  Женщина вздрогнула, села прямо и сонно заморгала. Прежде чем до сонного сознания дошло, что происходит, дверь в покои с грохотом отворилась, и в помещение вихрем влетел сверкающий глазами царь.
  Наталья Алексеевна успела отбросить по-прежнему зажатое в пальцах перо, прежде чем Петр подхватил ее на руки и закружил по комнате.
  
  – Поставь меня, безумец! Поставь! – взвизгнула Наталья.
  
  Петр громоподобно рассмеялся и бережно усадил сестру туда, откуда взял.
  
  – Ну и напугал же ты меня, Петруша, – с улыбкой покачала головой царевна, схватившись за сердце, – Что с тобой сегодня такое? Вроде и трезв ты, и бодр...
  
  – Сестренка, я пьян! Пьян любовью! – выпалил Петр, улыбаясь во все тридцать два зуба.
  
  – Опять?! – шутливо всплеснула руками Наталья – в который раз за всю свою жизнь?
  
  – А если скажу, что первый?
  
  Петр уселся напротив сестры, взял ее за руку и выпалил:
  
  – Впервые со мной такое, Натальюшка! Все внутри огнем горит и нечем дышать, а голова идет кругом, словно от самого лучшего вина, стоит лишь подумать о ней!
  
  – Нешто она так хороша? – недоверчиво улыбнулась Наталья.
  
  – Ты бы ее видела! – воскликнул Петр, мечтательно закатив глаза.
  
  – И какая же она?
  
  – Она как весна! Она... – начал было государь, но осекся.
  
  Не в силах облечь в слова милый сердцу образ, он лишь суетливо размахивал руками, пытаясь жестами поведать сестре, какая Марта замечательная.
  
  Целый час Наталья Алексеевна слушала сбивчивые, полные восторга речи старшего брата, а когда он наконец выдохся, мягко улыбнулась и ласково молвила:
  
  – Привози свою зазнобу сюда.
  
  – Зачем? – не понял Петр.
  
  – Я обучу ее русскому языку, бедняжке наверное очень тяжело. Да и кроме того, она столько всего пережила, что надо бы ее заботой и теплом окружить.
  
  – А что, ей у Алексшаки плохо живется, что ли? – непонимающе нахмурился Петр.
  
  Наталья Алексеевна возвела глаза к потолку, будто проклиная Небо за то, что оно послало ей такого брата-тугодума.
  
  – Видишь ли, Петруша, – мягко, будто ребенку, принялась растолковывать она. – Девушке всегда надо ощущать, что она в надежных руках и хоть немного ценна для того, кто на словах зовет ее своей милой.
  
  – Да я ей... да я для нее... да я за нее! – задохнулся от негодования Петр и вдруг умолк, будто обдумывая что-то. Наталья тем временем встала со стула, подошла к брату со спины и приобняла его за плечи, как бы говоря: «я поддержу тебя во всем».
  
  – В ближайшем будущем я заберу ее у Меншикова! – воскликнул государь и расплылся в улыбке:
  
  – Будет Мартушка подле меня жить.
  
  – Слова не мальчика, но мужа, – кивнула Наталья Алексеевна, прижавшись щекой к спине брата. Внезапно душу царевны наполнила бескрайняя, солнечная нежность. «Как же я скучала по тебе, родной мой» – мелькнуло в мозгу.
  
  Несмотря на то, что Петр Алексеевич был всего на год старше Натальи, он заменил ей отца, который покинул этот мир, когда царевне было всего три года отроду.
  
  – Ты чего, сестренка? – тихо спросил монарх, поглаживая сестру по кончикам пальцев.
  
  – Я люблю тебя, братец, – выдохнула царевна. – И всегда помогу по мере сил, да токмо знаешь, про Марту твою ведь уже злые языки распускают разные слухи.
  
  – Отрезать бы эти злые языки, которые распускают, – буркнул Петр, и Наталья почувствовала, как напряглись его плечи.
  
  – Пустое это все, Петруша, – поспешила заверить Наталья и крепче прижалась к братцу.
  
  Помолчала немного, а потом молвила:
  
  – Пусть зазноба твоя весенняя, как можно скорее нашу веру примет.
  
  – А толку? На каждый роток не накинешь платок.
  
  – Не накинешь, а молвы все ж будет меньше.
  
  – Твоя правда, сестренка, – улыбнулся царь, гладя руки сестры. – Да что я все о себе? Ты-то чем жива-здорова?
  
  – Занимаю себя, как могу. Хотела бы в преображенском пьесы ставить, вот даже сценарий пишу, – как бы между прочим пробормотала Наталья Алексеевна.
  
  – Хочешь пьесы в преображенском? Будут! – улыбнулся Петр.
  
  – Серьезно?! – Наталья едва ли не вприпрыжку обежала брата и встала перед ним, заглядывая в глаза.

  • 👍 173
  • ❤️ 13
  • 🔥 2
  • 😭 1
  Открыть в MAX
• 19 октября 2026 13:00 1 335206

  Петр вздохнул и аккуратно, большим пальцем приподнял лицо девушки за подбородок, чтобы еще раз заглянуть в ее невероятные черные глаза.
  
  – А руки-то натруженные! Нешто Вы поднимали что-то тяжелее царского кубка? – выпалила девушка, кожей ощутив заметив мозоли на пальцах Петра.
  
  – Я... Да я... я этими руками корабли строил!– обиженно воскликнул царь, убрав ру…

  Показать ещё

  Петр вздохнул и аккуратно, большим пальцем приподнял лицо девушки за подбородок, чтобы еще раз заглянуть в ее невероятные черные глаза.
  
  – А руки-то натруженные! Нешто Вы поднимали что-то тяжелее царского кубка? – выпалила девушка, кожей ощутив заметив мозоли на пальцах Петра.
  
  – Я... Да я... я этими руками корабли строил!– обиженно воскликнул царь, убрав руку.
  
  – Игрушковые? – уточнила девушка, невинно хлопая ресницами.
  
  Эта милая оговорка рассмешила Петра до слез, заставив забыть об уязвленном самолюбии.
  
  – Скажешь тоже «игрушковые» – фыркнул он, утирая слезы.
  
  – Неужели настоящие? Которые по морю плавают, да?! – восторженно воскликнула Марта, сверкая глазами.
  
  – Самые настоящие! – подтвердил Петр, горделиво выпятив грудь – Я корабельному делу аж в самòй Голландии учился!
  
  Марта вдруг прижалась к бедру Петра, склонив голову на царскую грудь. Петр обнял девушку, крепче прижимая к себе и пальцами ощутил мелкую дрожь, сотрясавшую ее тело.
  
  – Я же сказал, что не обижу, – шепнул, опаляя ухо Марты горячим дыханием. Марта вдруг устыдилась своего внезапного порыва и хотела было отстраниться, но царь не дал, положив руку ей на голову.
  
  – Стучит, – вдруг улыбнулась Марта, слушая биение сердца Петра. – размеренно так. Спокойно. И мне с тобой отчего-то спокойно.
  
  Петр улыбнулся, заметив что девушка перешла на «ты» и медленно провел ладонью по ее густым волосам.
  
  Так они сидели несколько долгих минут, наполненных чем-то большим, нежели просто близость тел, и куда более хрупким.
  
  – Позволь теперь мне почувствовать биение твоего сердца, – вдруг сказал Петр. Марта так и не поняла, приказ это был или просьба, но кивнула в знак согласия.
  
  Она ожидала, что Петр тоже приникнет к сердцу ухом, а потому едва не вздрогнула, когда могучая ладонь легла ей на грудь.
  
  – Стучит, – с улыбкой повторил Петр ее же фразу, ощущая пульсацию под пальцами. – а для кого стучит?
  
  – Для тебя, – чуть слышно выдохнула Марта, потянувшись к его губам, чтобы сорвать с них поцелуй.
  
  Дальнейшие события этой ночи для обоих прошли, словно в сладком, дурманящем тумане, полном чувств, касаний и безбрежной нежности.
  
  Проснувшись рано утром, Петр осторожно поцеловал спящую рядом Марту в плечо, оделся, оставил на столе мешочек золотых и крадучись вышел из комнаты.
  
  Впервые он ушел из дома друга, не попрощавшись. Все мысли были лишь об этой удивительной, ни на кого не похожей девушке с весенним именем Марта. Почему-то она с первого взгляда казалась ему не просто знакомой, а родной. Размышляя над этим, Петр смотрел из окна кареты на серые облака, поливавшие землю холодным, промозглым дождем.
  
  Внезапно сердце сладко сжалось, а смутная догадка превратилась в уверенность: Марта и есть та самая «блаженная кочевница» из давнего полузабытого видения. Даром, что одета привычно и традиционно, а сердце все ж ее узнало.
  
  – Значит, сон тот бредовый все ж вещим был, – неверяще прошептал Петр, чувствуя, как сердце замирает в сладостной истоме – Судьба все же и впрямь свела нас. Даром что в видении моем волосы у Мартушки были чуть светлее, да только все равно она это! Нет, нет, неспроста сие!
  
  Петр сверкнул глазами, ударив ладонью по колену:
  
  – Костьми лягу, а эту удивительную девушку у Алексашки заберу! Моей будет! Моей и ничьей более!
  
  В покоях сестры Петра I Натальи Алексеевны было на удивление тихо. Девушка склонилась над листком бумаги и замерла, пытаясь ухватить музу за хвост. Но пьесы от чего-то не писались. Тревога за брата вытеснила все прочие мысли и душевные порывы царевны.
  
  «Ох, Петруша, Петруша, буйная твоя головушка! Лишь бы ты куда не вляпался по горячности своей! А то ведь нет рядом женской руки, которая бы мягко берегла тебя от беды. И чего тебе с Дуняшкой не жилось или с той же Анхен Монс, про которую ты мне все уши прожужжал?» – думала она, кусая кончик гусиного пера.
  
  Задумчивость плавно перетекла в состояние тревожной полудремы. Наталья склонилась к столу, ощущая, как глаза немилосердно слипаются, и вдруг ушей коснулся громоподобный вопль:

  • 👍 194
  • ❤️ 7
  • 🔥 5
  Открыть в MAX
• 19 октября 2026 13:00 1 560210

  ВЕЛИКИЙ, НО НЕСЧАСТНЫЙ В ЛЮБВИ
  (основан на реальных событиях)
  
  Часть 11
  
  С наступлением ночи Марта взяла свечу и направилась в покои царя. Стоило ей зайти в покои Петра, как тот замер, будто громом пораженный. В неровном свете свечного пламени девушка казалась еще красивее и загадочнее, чем днем.
  
  – Как величать тебя, краса ненаглядная? – спросил Петр, впло…

  Показать ещё

  ВЕЛИКИЙ, НО НЕСЧАСТНЫЙ В ЛЮБВИ
  (основан на реальных событиях)
  
  Часть 11
  
  С наступлением ночи Марта взяла свечу и направилась в покои царя. Стоило ей зайти в покои Петра, как тот замер, будто громом пораженный. В неровном свете свечного пламени девушка казалась еще красивее и загадочнее, чем днем.
  
  – Как величать тебя, краса ненаглядная? – спросил Петр, вплотную приблизившись к девушке.
  
  – Имя моё Марта, – с чудовищным акцентом, явно волнуясь, выпалила она, согнувшись в глубоком поклоне.
  
  – А меня Петром зовут, – шало, по-мальчишески улыбнувшись, ответил он.
  
  – Мне это исфестно, сфетлость, – ответила девушка, густо покраснев.
  «Очевидно, сама поняла, какую глупость сморозила, а слово «царь» забыла. «Сфетлость»... эк переволновалась-то, краса ненашинская» – хмыкнул про себя царь и вдруг обратил внимание, как крепко, до побелевших костяшек дрожащих пальцев, Марта держит свечу.
  
  – Да поставь ты эту свечку несчастную, авось не убежит! – развеселился Петр Алексеевич.
  
  Экономка Меншикова вздрогнула от громоподобного голоса царя и чуть было не выронила свечу, но Петр вовремя успел крепко сжать ее дрожащие руки.
  
  – Чего дрожишь-то, будто перепуганный заяц? – усмехнувшись, спросил государь, и приобнял Марту одной рукой за талию. – Да не трясись ты! Не кусаюсь я и хорошеньких девиц не ем!
  
  Марта ойкнула и поставила многострадальную свечку на старый сундук подле кровати.
  
  Царь меж тем сел на кровать, стянул сапоги и улыбнулся застывшей в нерешительности экономке:
  
  – Падай рядом, погутарим!
  
  «И мог бы выражаться с ней высоким штилем, да только чего ради? Смутить ее еще больше, чтоб не только «сфетлостью» стать, но и еще кем-нибудь? Да и к чему весь этот цирлих-манирлих разводить? Чай не на приеме и не на балу» – подумал Петр.
  
  Марта, давно смирившаяся с ситуацией, покорно уселась рядом с ним на огромной постели и вдруг отшатнулась, ощутив исходивший от Петра запах табака.
  
  – Царр слишком много курить, – поморщилась она в ответ на удивленный взгляд – Деффицы такого не люппят!
  
  «Царр – уже хорошо. Но ох уж этот акцент иноземный! А ведь при Алексашке такого не было! Волнуется дева, ой как волнуется!» – подумал Петр, а вслух с мягкой улыбкой сказал:
  
  – Успокойся, я не сделаю тебе ничего дурного. Просто поговорим. Скажи-ка, чего это ты вдруг так отпрянула и почему сказала, что я много курю?
  
  Марта несколько долгих секунд смотрела на губы правителя, потом сделала судорожный вдох и выпалила на выдохе почти без акцента:
  
  – По нраву мне пришлись Ваши уста!
  
  – Но...? – поторопил ее заинтригованный донельзя Петр.
  
  – Как представлю, что эти уста, насквозь протабаченные, будут меня целовать, аж дурно становится!
  
  Не ожидавший такого ответа Петр Алексеевич заливисто рассмеялся.
  
  «Протабаченные! Слово-то какое подобрала! Вроде и не по-нашему, а понятно все! Вот же бесовка черноокая!» – подумал он, шутливо погрозив Марте пальцем.
  
  Отсмеявшись, он взглянул в черные, будто два редких опала из царской сокровищницы, глаза. Сердце тотчас забилось о ребра, будто вспугнутая пташка о прутья клетки. Где-то в глубине царской души вспыхнуло болезненно-сладкое желание навечно остановить эту ночь, чтобы Марта всегда была рядом. Одновременно простая и загадочная, непозволительно близкая – протяни руку и дотронешься – и пахнущая весной и яблочным пирогом, она будоражила такие струны его души, о которых он и сам никогда не подозревал.
  
  От запаха яблочно-пироговой весны кружилась голова. Молодому царю хотелось впитать в себя этот дивный аромат, чтобы навек запомнить его, сделать частью себя самого, но Петр боялся даже коснуться руки Марты, и лишь не сводил с девушки восторженного взора.
  
  – Дерзкая ты, – вдруг произнес он. Марта потупила взор.

  • 👍 187
  • ❤️ 18
  • 🔥 4
  • 😘 1
  Открыть в MAX
• 19 октября 2026 09:12 1 920343

  ВЕЛИКИЙ, НО НЕСЧАСТНЫЙ В ЛЮБВИ
  (основан на реальных событиях)
  
  Часть 10
  
  Пока Петр осмыслял сказанное, девушка высвободила руки и поднялась с места, намереваясь уйти. Но Петр схватил ее за кончики пальцев
  
  – Останься, прошу тебя! –взмолился государь и продолжил почти шепотом:
  
  – Мне так спокойно с тобой!
  
  – Мы скоро встретимся в вашей эпохе, Петр Алексеевич…

  Показать ещё

  ВЕЛИКИЙ, НО НЕСЧАСТНЫЙ В ЛЮБВИ
  (основан на реальных событиях)
  
  Часть 10
  
  Пока Петр осмыслял сказанное, девушка высвободила руки и поднялась с места, намереваясь уйти. Но Петр схватил ее за кончики пальцев
  
  – Останься, прошу тебя! –взмолился государь и продолжил почти шепотом:
  
  – Мне так спокойно с тобой!
  
  – Мы скоро встретимся в вашей эпохе, Петр Алексеевич,– тихо ответила девушка, медленно освобождая руку из царской бульдожьей хватки.
  
  – Как мне найти тебя? – спросил правитель.
  
  – Найдете, когда судьбе угодно будет, мин херц! – хихикнула девушка и вдруг принялась трясти его за плечо, приговаривая странно знакомым басом:
  
  – Мин херц, проснись! Да приди же ты в себя, мин херц!
  
  – Отстань, – простонал Петр, нехотя открыв глаза.
  
  Перед ним, тревожно глядя, стоял Меншиков.
  
  – Тьфу на тебя, – сонно пробормотал Петр – мужицкая ты морда, такой сон испортил!
  
  – Баба небось снилась? – сально улыбаясь, спросил Александр Данилович.
  
  – У, охальник! – лениво, будто нехотя отозвался Петр – не баба, а женщина! Удивительная женщина!
  
  – Мин херц, тех удивительных – на каждом углу пучками, как травы, понапихано, – хохотнул Меншиков – знай себе ходи да удивляйся.
  
  – Что б ты понимал, Алексашка, – махнул рукой Петр, понимая, что объяснять бесполезно.
  
  ***
  
  Уже несколько недель Марта Скавронская жила в доме лучшего друга царя. Как она туда попала? Разное люди баяли, но в большинстве своем утверждали, будто Александр Даниилович умыкнул красотку-немку из дома Шереметьева, у которого она служила экономкой. Очевидно, улыбчивая девушка пришлась по нраву светлейшему.
  
  В один из дней 1703 года царь приехал в гости к другу, сверкая глазами и горя желанием намылить тому шею.
  
  – Вот у меня уже где все эти бесчисленные жалобы на руки твои вороватые, смерд! – выкрикнул Петр, рубанув ребром ладони по горлу.
  
  – Христом Богом клянусь, не я это, царь-батюшка! – пытался откреститься Меншиков, ребячески прячась от гнева монарха за плотной шторой.
  
  – А кто?! Я, что ли, сам у себя ворую?! – продолжал разоряться Петр, отвесив лучшему другу смачный пинок чуть ниже спины.
  
  Меншиков ойкнул и продолжил оправдываться, но Петр его уже не слушал, ибо увидел пышногрудую красавицу да так и замер на месте.
  
  Что-то в облике этой дèвицы показалось ему смутно знакомым. Словно он уже когда-то видел ее. Тотчас перед глазами встал образ «блаженной кочевницы» из далекого, полузабытого сна.
  
  «Нешто и впрямь она?» – подумал царь, не в силах оторвать взгляд от красавицы, а потом вдруг сдавленно прохрипел:
  
  – Я сегодня заночую в твоем доме, Алексашка.
  
  – Оставайся, мин херц, я ж разве против? – выдохнул Меншиков и вылез из-за шторы, поняв, что буря миновала.
  
  – Пущай твоя экономка в моих покоях свечу подержит, пока я готовиться ко сну буду! – приказал царь тоном, не терпящего возражений.
  
  – А не судьба свечу на стол поставить, мин херц? – язвительно уточнил Александр Данилович.
  
  – Я смотрю, ты волю взял?! – рявкнул Петр, гневно сверкнув глазами – Царю никто не указ! Спать буду в той комнате, в коей стола не имеется! Потому что я так хочу!
  
  – Коли любо спать в покоях без стола, то и без свечки как-нибудь управишься, – съязвил Меншиков, отчего Петр побагровел и ринулся на него с кулаками.
  
  Поняв, что может произойти, Марта вклинилась меж друзьями и, глядя в глаза Петру, тихо, но твердо сказала:
  
  – Ежели государь боится темноты, будто дитя малое, я помогу ему справиться со страхом!
  
  Выпалив это, Марта потупила очи, не решаясь поднять на Петра взор.
  
  – А язычок у тебя острый, будто сабля, девица – разразился хохотом царь.
  
  Продолжение следует

  • 👍 297
  • 🔥 21
  • ❤️ 19
  • 😘 3
  • 🤔 3
  Открыть в MAX

За 30 дней рекламных постов с обязательной пометкой «Реклама» или токеном erid не нашли.